Избирательная история по-украински — это шахматная партия. Ни больше, ни меньше. Ключевые фигуры меняются цветами да местами, а «новые» пешки… Словом, на общеполитическую погоду, которая в зависимости от их действий могла бы вызвать цунами или, напротив —  затишье после агитационно-избирательной бури, пешки не влияют. Так стоит ли ожидать ветра перемен после октябрьского волеизъявления? Скорее, нет. Вероятно, будет сквозняк, не более того.

Всевозможные социологические исследования свидетельствуют о том, что радикально расстановка сил в Верховной Раде будущего созыва (мажоритарщики – отдельный разговор) не изменится. Да, у некоторых «новых» политических сил есть все шансы преодолеть пятипроцентный проходной барьер. Однако говорить о том, что их вхождение в парламент привнесет какие-либо революционно-качественные изменения, не приходится.

В нынешней Раде провластная Партия регионов имеет наиболее численную фракцию –  в целом 192 парламентария. Не многие регионалы сегодня, на заре избирательной кампании, могут позволить себе говорить то, что думают, а главное то, что знают. В отличие от  сегодняшнего собеседника «Обозревателя» —  народного депутата, первого заместителя председателя Партии регионов, давнего соратника действующих президента и премьера – Владимира Рыбака. Насколько искренними являются ответы г-на Рыбака – судить вам…

— По итогам последних парламентских выборов Партия регионов получила самую представительную фракцию в Верховной Раде. Однако в 2007-м вы  стартовали с оппозиционной площадки. Сегодня ПР – провластная политсила. Чем, если сравнивать с предыдущими выборами, будет отличаться ваша тактика, подходы, принципы в 2012-м?

— Прежде всего, отмечу, что нашей партии в этом году 15 лет. Позади – разные периоды. С 1997 по 2000-й проходил период становления. Мы ездили по всем регионам Украины, убеждали, рассказывали людям, чем партия отличается от других политических сил.

В Украине сегодня зарегистрировано порядка 180-ти партий и их количество растет. Однако я думаю, что недалеко то время, когда останется с десяток крупных партий. В конце концов, весь политический бомонд поймет, что только большие партии могут что-то решать.

Да, после выборов президента и создания парламентского большинства, можно считать, что Партия регионов сегодня является партией власти. В целом, 2 года. А до этого мы никогда не были у власти. Идти на выборы, пребывая в оппозиционном статусе, действительно легче. Ты можешь все, что угодно обещать, а как получится? Будет видно уже потом, после выборов. Так жизнь устроена…

Сейчас я могу сказать, что мы готовы к выборам в Верховный Раду, все организационные вопросы нами определены. Мы целый год изучали общественное мнение, искали авторитетных людей в конкретных регионах. Наиболее авторитетные люди будут нами рекомендоваться и в партийный список, и на мажоритарные округа. Этот вопрос у нас на сегодня также решен.

— То есть, конкретные фамилии уже согласованы?

— Конечно.

— Каким является собирательный образ идеального кандидата в депутаты, по мнению людей, принимавших участие в ваших исследованиях?

— Прежде, хотел бы сказать о том,  что сегодня наибольше беспокоит людей. Так вот, на первое место с большим отрывом, вышел вопрос занятости. Вопрос номер один сегодня – наличие рабочих мест. У людей должна быть возможность работать согласно своей специальности.

Теперь что касается кандидатов. Люди отдают предпочтение  крупным руководителям, которых они знают и которые уже что-то сделали для них, а не тем, кто с разных трибун сеет обещаниями. Люди уже смеются, говорят: «Включил утюг, а они и оттуда выступают».

Кроме того, гречка сегодня не в моде.

— Не в моде, однако, некоторые ваши кандидаты этим грешат.

— Избирательная кампания начинается 30 июля. Мы закрепили всех депутатов еще в 2006 – 2007 годах за округами. Поэтому предприниматели носили, скажем, ветеранам к празднику гречку, другие продукты. Я это приемлю, это нормально. Я не приемлю раздачу гречки в избирательный период. Это – нарушение закона.

— Насколько изменится партийный список Партии регионов, по сравнению с тем, который был презентован на досрочных выборах в 2007-м?  

— Не хотелось бы пугать фракцию (улыбается — Авт.). Вот, представьте, я сейчас скажу какую-то цифру, а там, в парламенте, будут думать – гадать, окажутся они в списке или же нет. Я думаю, что список изменится не менее чем на треть.

Но при этом, не стоит забывать о том, что в парламенте сегодня работают люди, имеющие серьезный опыт работы на высших должностях. Поэтому, мы рассматриваем сегодня, скажем так, три списка. Когда мы подойдем к тому, что кого-то из нынешних депутатов не будет в парламенте, с ним будет проводиться собеседование и, согласно его специальности и опыта, ему предложат новые возможности для работы.

К чему я веду? Нам очень не хватает  деловых людей в исполнительной власти. Это хорошо — принимать законы, однако мы должны сделать все, чтобы эти законы работали. К сожалению, сегодня многие законы не работают. И естественно, нам нужны профессионалы, способные запустить механизмы выполнения этих законов.

— В каком формате проходило согласование партийного списка и списка кандидатов–мажоритарщиков?

— Изначально, как я уже сказал, на основе социологических исследований, были выявлены люди, пользующиеся наибольшей популярностью и доверием в конкретных регионах. А потом. У нас есть избирательный штаб, Президиум партии, которые и обсуждали данные вопросы. Кроме того, есть два руководителя партии – почетный председатель партии (Виктор Янукович – Авт.) и председатель (Николай Азаров – Авт.).

На сегодняшний день эти списки еще не утверждены, они могут быть изменены. При этом хотел бы подчеркнуть, что основной костяк уже подготовлен.

А фамилии кандидатов – и мажоритарщиков, и так называемых списочников станут известны тогда, когда накануне съезда списки будут утверждены Политсоветом партии.

— Ахметов будет баллотироваться в Раду будущего созыва? Спрашиваю, поскольку Ринат Леонидович неоднократно делал публичные заявления о том, что не планирует участвовать в парламентских выборах в качестве кандидата.

— Я, как и вы, знаю о том, что он такие заявления сделал. У нас есть еще два месяца, на протяжении которых, убежден, он примет окончательное решение по этому вопросу. Я, например, хотел бы, чтобы он был в составе депутатов парламента будущего созыва. Почему? Потому что он очень много делает для избирателей.

— На выборах в 2007-м, в первую пятерку входил экс-глава МЧС, а ныне – один из заместителей секретаря СНБОУ Нестор Шуфрич. Его фамилия будет в списке ПР образца 2012 года?

— Шуфрич является членом партии, и я думаю, что он будет идти на выборы.

— В первой пятерке?

— Жизнь покажет.

— В одном из своих последних интервью вы сказали о том, что в первой пятерке Партии регионов обязательно будут представительницы прекрасного пола. Я назову несколько кандидатур: Герман, Бахтеева, Бондаренко, Богословская. Кто-то из них войдет в топ-5?

— Среди кандидатов в депутаты, кто-то из них будет. А что касается первой пятерки… Это будет решать Президиум и Политсовет. Единственное, что могу сказать: этот список еще может быть дополнен весьма известными для народа Украины людьми, которые ранее никогда на баллотировались в Верховную Раду.

— То есть, в список Партии регионов могут войти представители интеллигенции, писатели, деятели культуры, искусства?

— Да, могут.

— Скажите, кто-то (помимо господина Тигипко, разумеется) из представителей покойной ныне «Сильной Украины» будет вашим кандидатом в партийном списке или же на мажоритарных округах?

— Будет, если он уже член Партии регионов.

—  Сколько представителей «Сильной Украины» последовали примеру Сергея Тигипко и написали заявления о вступлении в ПР? 

— Пока что немного. Мы считаем (улыбается — Авт.). Могу сказать, что эта цифра будет интересной для всех и я, после подсчета, ее обязательно обнародую.

— Назовите хотя бы приблизительные результаты подсчетов.

— Сегодня можно говорить о сотнях. Но это очень мало, если учитывать, что партия (мне, во всяком случае, так говорили) насчитывала 90 тысяч человек. Мне говорили: «Примите весь списочный состав».

Но я сказал, что у нас индивидуальный отбор в партию. У нас и так 1,5 млн. и нам не надо делать акцент на  численности.

Я сегодня так и сказал руководителям всех областных организаций: «Нет у нас приема и балласт нам не нужен. Тут не проходной двор, поэтому мы проводим индивидуальный отбор. Нам сегодня нужны люди, способные что-то предлагать, и никаких списочных и ленинских приемов мы не проводим».

— Вы не единожды подчеркивали, что у Партии регионов нет теневого избирательного штаба. Есть один – официальный штаб и есть люди, являющиеся руководителями конкретных направлений. Кто из ваших коллег по партийному цеху какое направление курирует?

— Могу сказать о себе. Я являюсь заместителем руководителя штаба и курирую агитационно-массовую работу партии.  Ефремов, как заместитель руководителя штаба, курирует работу vip-агитаторов. Лавринович курирует юридическое сопровождение избирательного процесса.

Для нас очень важно — не дать повода поставить под сомнение результаты выборов даже на одном округе. А теневых штабов у нас действительно нет.

— В вопросе выборов мэра столицы и Киевсовета на сегодня найден компромисс?

— Сегодня все еще идет обсуждение. Пока что это проходит на кулуарном уровне между представителями различных фракций Верховной Рады. Я могу высказать свое личное мнение по этому поводу. Есть несколько вариантов развития событий. На мой взгляд, самый лучший вариант – избирать депутатов и городского председателя в одно и тоже время в следующем году. Но с тем, чтобы не было кривотолков, решение необходимо принимать сегодня – завтра. Это – один вариант. Второй. Можно избрать мэра города Киева вместе с депутатами Верховной Рады. Третий вариант – по окончанию полномочий городского головы, объявить выборы через 60 дней. Но я почему-то не слышал, чтобы оппозиция настаивала на проведении выборов «здесь и сейчас».

— Ваша избирательная цель совпадает с избирательной целью оппозиции – получение большинства в парламенте будущего созыва. Какую численную планку вы себе ставите?

— Первое. Мы получим большинство в парламенте. Второе.

Нам не нужна победа любой ценой, мы не хотим ходить по судам и не хотим повторения 2004 года, когда фальсификации были в западных областях, а все обвинения звучали исключительно в наш адрес.

Это и есть наши планки.

— С кем, кроме коммунистов, в случае победы на выборах, будете вести переговоры о создании правящего большинства?

— Мы будем договариваться со всеми, кто готов поддержать программу президента, и кто, согласно этой программе, готов обеспечить улучшение жизни людей. В Украине нет врагов! Мы должны научиться слышать друг друга. Это – политическая культура,  а у нас, к сожалению, ее еще нет. Мы можем, когда не хватает слов, оскорблять друг друга и так далее. Я не приемлю это.

Да, мы начали с нуля. Системы управления в Украине при СССР не было, это правда. 20 лет ищем свой путь, и мы его обязательно найдем.

А остальное – будет, если будет стабильность. Улучшение жизни, без стабильности в обществе по всем направлениям, невозможно. Поэтому наша главная задача – добиться стабильности любыми путями.

— Стабильность можно трактовать по-разному. Стабильность может рассматриваться и как застой, который полезным уж точно не назовешь. 

— Стабильность должна быть в политике, экономике. Мы пришли к власти в 2010 году…

— А до этого, давайте не забывать, Виктор Янукович был премьер-министром при президенте Ющенко.

— Да, был. Но это был премьер, которого могли в любой момент «уйти». У нас не было парламентского большинства, поэтому в тот момент это была несамостоятельная фигура. Но я закончу мысль. Сегодня, несмотря на многие сложности (с газом, например), экономическая стабильность есть. А это дает возможность увеличивать бюджет. Вот такая стабильность нам нужна!

— Некоторые грани этой самой стабильности не нравятся всему миру. Европейские лидеры в унисон говорят о выборочном правосудии и…

— На самом деле все не так. Я встречаюсь, в том числе с европейскими политиками и слышу совершенно другое. Вот, к примеру, был  с государственным визитом (в составе делегации) в Китае, Польше, Латвии. Так вот, обсуждаемые вопросы касались исключительно взаимного сотрудничества. И никто те вопросы, о которых говорите вы, не поднимал. Хотя, нет, поднимали — спикеры женщины. Они говорят: «Мы не знаем, что там и как, но нам ее, как женщину жалко». И мне ее, как женщину, жалко! Но объясните мне, почему премьеров судят во всех странах, и там нет таких истерик!?

— Потому что там, в отличие от Украины, есть высокие шансы добиться истины в суде.

— Это вы так думаете. Ответьте мне на вопрос: «Почему мы должны переплачивать миллиарды за газ, и никто за это не должен нести ответственности?».

— Встречный вопрос: «Почему у нас мажоры, депутаты разных уровней, судьи убивают людей на дорогах и на следующий день выходят на свободу, а тот же, скажем, Луценко, сидит за то, что якобы превысил бюджет празднования Дня милиции и якобы, используя служебное положение, помог своему водителю получить квартиру?

— Мажоры – это отдельная тема. А в целом, я не считаю, что сегодня есть основания говорить о выборочности правосудия. Арестовывают и провластных, и оппозиционных политиков и чиновников. При этом от коррупции и взяточничества мы никак не избавимся. Что делать в этой ситуации? Надо, чтобы законы работали и были одинаковыми для всех. Другого пути  нет.

— Как вы расцениваете отказ ряда глав государств приехать на саммит в Ялту? Они ведь открыто заявляли, почему именно отказываются от визита в Украину.

— Приведу вам пример. Когда Виктор Федорович был премьером в период президентства Ющенко, я был вице-премьер-министром. Вызываю губернаторов в Кабинет министров с тем, чтобы посоветоваться, как отдать деньги, предусмотренные для реформирования жилищно-коммунального хозяйства. Приехали только те, кто поддерживал премьера и меня. Представители 19 областей из 25-ти не приехали. Почему? Потому что им позвонили и сказали. Так и в Европе сегодня.  Где-то кто-то сказал, что не поедет, все смотрят и думают: «Ну, тогда я тоже не поеду». А при двухсторонних контактах, поверьте, идет разговор совершенно другого уровня.

И потом. Назовите мне хоть одну страну, в которой осужденного человека на карете везут лечиться в Германию. Где такое есть!? Нигде.

А вы знаете, что 300 тысяч заключенных уже пишут в тюрьмах заявления о том, что они больные и очень хотят поехать лечиться в Германию. Что этим людям потом говорить!?

Сегодня, из-за  определенных решений премьера Тимошенко страдает не правительство.  Страдают люди.  Так кто-то должен нести ответственность или нет? Мы могли бы эти миллиарды отдать на стипендии, пенсии, повышение зарплат, да на что угодно! Ну, почему, скажите, мы сегодня должны страдать!?

— Действующая власть стала на путь реформ. Это – факт. Какими в качественном плане являются те или иные реформы, и каким будет их конечный эффект – отдельный вопрос. Как, впрочем, и сам процесс принятия законов и особая роль господина Чечетова в нем. Однако беспокоит другое. Представители оппозиции на недавнем форуме, состоявшемся на  Михайловской площади, презентовали свою избирательную программу. Оппозиционеры выделили семь приоритетных программных направлений, одним из которых является отмена Налогового Кодекса. Почему вы не находили механизмы сотрудничества с оппозицией, с тем, чтобы утвержденные законы реформаторского толка после смены власти оставались неизменными?

— Вы переоцениваете роль Чечетова. Все на самом деле, не так. У нас есть экспертная группа юристов, которая рассматривает каждый законопроект. Экспертные группы есть также у президента и правительства. Во время пленарной недели, руководство фракции (а это – порядка 30-35 человек)  обсуждает каждый закон.

После обсуждения, обмена мнениями, изучения заключений экспертных групп, мы отмечаем, какой закон будем поддерживать, а какой – нет. И этот листочек (с позицией по каждому законопроекту) находится у Чечетова. Руководство фракции, придя в сессионный зал, собирает свою группу и слушает мнение каждого депутата по каждому закону. Не часто, однако бывает и такое, что кто-то с чем-то не соглашается. Что в итоге? Начинает идти обратная информация, и мы говорим Чечетову: «Утром было принято решение, однако здесь есть неувязка, необходимо провести дополнительное обсуждение, поэтому за этот закон пока что голосовать не будем». Вот в чем, собственно говоря, секрет Чечетова. Поэтому преувеличивать его роль или винить в чем-то, не надо.

Что касается оппозиции. Все вопросы, вокруг которых возникают разногласия, решаются в ходе Согласительного совета, который проводит Литвин. Когда представители оппозиции вносят законы просто в пику власти, естественно, мы не голосуем за них.

Мы сами были в оппозиции, Виктор Федорович Янукович практически каждую неделю проводил заседания оппозиционного правительства. Что мы делали на этих заседаниях? Рассматривали законы и отправляли свое мнение власти – хотите, прислушивайтесь, не хотите – не прислушивайтесь. Сегодня все по-другому. Оппозиция поднимает один-единственный, известный всем  политический вопрос.

— Верховная Рада, с подачи вашей фракции будет рассматривать «вечный» вопрос упразднения неприкосновенности. Скажите, почему вы, наряду с этим, не поднимаете вопрос изменения формата голосования депутатов? Очень неприятно смотреть на Еuronews, других каналах, на то, как ваши коллеги голосуют «за себя и того парня», при четко выписанной норме, предусматривающей персональное голосование.

— Проблема действительно существует. Законодательство, регулирующее процесс голосования, в какой-то степени необходимо поменять. Однако не все так однозначно. Возьмем, к примеру, Парламентскую Ассамблею Совета Европы (ПАСЕ). Там 450 депутатов. Видели, сколько людей присутствует в зале в момент голосования? 90 – 100 человек. И при этом ПАСЕ принимает решения. Другой вопрос, что никто не голосует друг за друга. Нам, наверное, нужно разработать похожую модель. Убежден: пройдет время, и мы обязательно найдем свой путь.

— Как вы считаете, точка в вопросе неприкосновенности будет поставлена в  избирательном периоде-2012?

— В этом году будут подготовлены изменения к действующей Конституции. И я думаю, наряду со всеми изменениями (некоторые из них, возможно, придется выносить на референдум), будет прописан и этот вопрос. Вместе с тем, я не исключаю, что «За» упразднения иммунитета  проголосует и депутатский корпус. Начнем, как говорится, с себя.

Наталия Ромашова, Обозреватель