Середина 90-х годов. Выборы в областную думу в небольшом городе. Заказчик проталкивает во власть своего кандидата: герой-афганец, орденоносец, под Кандагаром подорвался на мине, потерял ногу, ходит на протезе. Лидер местных воинов-интернационалистов, бизнесмен средней руки. Среди своих из-за ноги и пиратского характера носил погонялово «Сильвер». Фактурный: 35 лет, голубоглазый, усы, пшеничные волосы, грудь колесом. Одним словом, настоящий русак, мечта незамужних женщин. На героя-защитника потянет, прямо новый Маресьев.

Но есть две проблемы: не умеет говорить и периодически уходит в запой. Вернее, говорить то умеет, но только матом. Через слово — идиоматический оборот. И пьет как лошадь.

Тренинги и психологи не помогают. Кандидат тупо уходит в ступор, сталкиваясь с необходимостью отказаться от выражения своих мыслей и чаяний без помощи уголовной и матерной лексики. Слишком запущенный случай, да и мало времени на корректировку, выборы — на носу.

Стандартное в таких случаях решение – доверенные лица. Их набираем пяток – известный на всю округу детских врач, заслуженная учительница, ветеран орденоносец, бравший Берлин, отставной офицер — политрук из афганцев с хорошо подвешенным языком (типа, боевой товарищ кандидата), заслуженный строитель, доцент местного политеха.

Для кандидата, чтобы не мешал и не встревал с матершиной, написан лаконичный топик. Текст «рубленый», а-ля генерал Лебедь, всего на два абзаца. Но без мата. Общий смысл месседжа – пора наводить порядок железной рукой, прекращать разборки братков на улицах, остановить криминальный беспредел… В то время для электората самые актуальные темы.

Кандидату, назовем его Колян, объяснили, что по сценарию встреч с населением его дело — многозначительно молчать и сверкать орденами на камуфляжной форме и только, в крайнем случае, в завершении встречи встать, выйти к людям, выразительно и эмоционально продекламировать предложенный топик. Колян не возражал и даже был доволен отведенной ему ролью.

Все завертелось… Встречи шли как по маслу. Пехота бороздила просторы округа. Народу наш парень нравился своей немногословностью и бравым видом. Но однажды произошел-таки казус.

Большая встреча в госпитале ветеранов войны. Зал – полон, но больше все же медработников, чем пациентов. Доверенные лица, как им полагается, вещают. О ратном подвиге, о патриотизме, о порядке, стабильности и пр. и др. Народ внимает, но потихоньку устает, встреча идет к концу.

И вдруг на первом ряду какая та молодая медичка, похоже ординатор, внезапно звонко на весь зал, как бы разговаривая сама с собой произносит: «Красивый он у вас, видный, конечно…Но почему все время молчит? Он, что на войне и язык вместе с ногой потерял?… А может, еще чего оторвали?…»

Взрыв смеха. Доверенные в замешательстве. Колян-Сильвер краснеет как рак от смущения. Технолог-кукловод в тихоря бьет его локтем в бок и шепчет: «Колян, давай. Только смотри, чтоб без мата».

Зал веселится еще больше. Наконец, Колян пихаемый в бок консультантом, встает и пунцовый от испуга и напряжения, после паузы, выдает прямо в микрофон фразу, которая, также впоследствии стала идиоматической.

— Ну я это… Я типа… В общем я, … против бандитского беспредела …!!!

Народ впадает в истерический хохот. Стекла в окнах задрожали от дружного ржания собравшихся.

Положение спас политтехнолог, который, предвидя развитие событий, оказался уже в другом конце зала и подал сигнал подсадным квакерам. Двое работяг, по виду санитары, зычно на весь зал произнесли: «А что, правильно говорит, давно пора этих бакланов на место поставить. Колян их нафарширует! Он порожняк гонять не будет…»

Зал просто лег, люди смеялись до слез, сползая под стулья. А затем начали аплодировать.

В итоге Колян-Сильвер победил в округе с заметным преимуществом, опередив нескольких кандидатов с кандидатскими и докторскими степенями, невнятно бормотавших про дефицит бюджета, статусную ренту, бюджетные субвенции и прочие непонятные для обывателя вещи…

http://izbass.ru