Мнения экспертов: кто и как может манипулировать результатами голосования на выборах в Раду 28 октября

С 2004 года слова «печенье» и «карусель» у политически активной аудитории ассоциируются с недетским радостями, а термин «вброс» имеет все меньше отношения к спорту. Политическая жизнь одарила украинцев неологизмами, напоминающими не только о конкретных избирательных кампаниях, но и о сомнительной честности их результатов. Сомневаться в результатах выборов нас приучили политики, часто оправдывающие низкие результаты своих политических сил происками оппонентов. Парламентские выборы 2012 года не исключение — фальсификации превентивно анонсируют оппозиционеры всех цветов и латентные регионалы в виде самовыдвиженцев-мажоритарщиков. Вторят им и отдельные представители действующей власти, которые либо успели впасть в немилость к своим партийным боссам, как Василий Горбаль или Валерий Коновалюк, либо же представляют Коммунистическую партию — миноритарного акционера правящей коалиции. Корреспондент ЛІГАБізнесІнформ предложил политологам и политтехнологам проанализировать схемы и технологии вероятных фальсификаций на нынешних выборах.

Комиссионный сбор

Возврат мажоритарной составляющей в украинскую избирательную систему вернул личную заинтересованность и ответственность за результат выдвигаемых в Раду кандидатов. Теперь спрятаться за спинами политических брендов может только половина идущих в Раду, вторая же половина соискателей вынуждена по-настоящему биться за место под куполом на будущие пять лет. Биться зачастую приходится не только против идеологических оппонентов, но и против своих. Мажоритарные выборы — это бои без правил.

Владелец социально-инжинирингового агентства Гайдай.Ком, политтехнолог Сергей Гайдай утверждает, что ключевой фактор успешной фальсификации — правильный состав комиссий первого уровня, участковых комиссий. «Основной механизм фальсификации выборов, на самом деле, один. У вас должны быть свои люди в комиссиях, от которых зависит составление и передача протоколов. Это самый проверенный, самый надежный, но, тем не менее, один из самых трудно организуемых процессов. Его можно организовать либо обладая большим количеством денег, либо имея поддержку всех ветвей власти, которая обеспечивает избирательный процесс», — говорит Гайдай.

Глава правления Гражданской сети ОПОРА Ольга Айвазовская также считает, что простор для фальсификаций создает именно формирование избирательных комиссий. «День голосования простым не будет. Распределение мест в комиссиях вылилось в большое количество неточностей, а кое-где и явных манипуляций с целью предоставления преимущества определенным политсилам. Нарушен международный стандарт взаимного контроля. Как следствие, в большинстве комиссий сложилось большинство единомышленников, уполномоченное принимать любые решения. Это опасное «ружье», которое повесили на стену вследствие жеребьевки, и оно может выстрелить в любой момент», — предупреждает эксперт.

Основной механизм фальсификации выборов один. У вас должны быть свои люди в комиссиях, от которых зависит составление и передача протоколов

По информации СМИ, технические партии, получившие места в окружных комиссиях по итогам жеребьевки, охотно и негласно продают право делегировать в комиссию нужного человека более заинтересованным в результате выборов силам. Стоимость сделки может достигать миллиона долларов.

Говоря о подозрениях на этот счет, можно отметить, что, например, Христианско-демократическая партия Украины, созданная 20 лет назад нынешним регионалом Виталием Журавским, представлена на нынешних выборах всего тремя кандидатами-мажоритарщиками, зато получила 218 мест в окружных избиркомах. Или же малоизвестное объединение Всеукраинское политическое объединение Єдина родина Александра Ржавского: один кандидат-мажоритарщик и 212 членов окружных комиссий.

День выборов: вброс, карусель, порча и ошибки ввода

Что касается приемов манипуляции в день выборов, то, по словам экспертов, едва ли парламентские выборы-2012 будут отличатся оригинальностью от кампаний прошлых лет.

«Если оценить избирательную кампанию в целом, то ничего нового кандидаты и партии не придумали. Они пользуются инструментами, которые работали и 10 лет назад, вроде админресурса, подкупа избирателей, помех в проведении конкурентами агитации, черного пиара и т.д. Можно предположить, что и в день голосования не стоит рассчитывать на что-то новое в плане фальсификаций», — говорит Айвазовская.

Директор компании Berta Communications, политтехнолог Тарас Березовец ожидает, что основные фальсификации в день выборов будут сосредоточены на уровне участковых комиссий. «Будут использовать старое-доброе вбрасывание. Партия заранее под видом социологического опроса или псевдопереписи населения узнает, кто точно никогда не ходит на выборы и не собирается приходить на этот раз. Соответственно, за этого человека можно безбоязненно получить бюллетень и проголосовать. Так что, тот, кто решил проигнорировать выборы, не может быть уверен в том, что де-юре его голос не был засчитан», — говорит Березовец.

Эксперт напоминает и о проверенной временем карусели, которую могут раскрутить на отдельных участках. «На входе в комиссию избирателю, готовому продать свой голос, дают заполненный бюллетень, а на выходе покупают у него чистый экземпляр, выданный в комиссии. Количество звеньев карусели зависит от количества желающих заработать таким образом», — сказал политтехнолог.

Гайдай, говоря о вбросе, обращает внимание на то, что этот механизм может обеспечить победу на отдельных участках даже самому непопулярному, но грамотному в ремесле фальсификаций кандадиту. «При вбрасывании человек вместо одного бюллетеня бросает в урну сразу три-четыре. Таких людей может быть сотня, и вот у вас уже на участке вместо 100 «правильных» бюллетеней — 400. Средний участок насчитывает — 1500-2000 избирателей, а, соответственно, при ожидаемой явке в 60-70% 400 лишних бюллетеней — выигрышный результат», — делится расчетами Гайдай.

Будут использовать старое-доброе вбрасывание. Партия заранее под видом соцопроса или переписи населения узнает, кто точно никогда не ходит на выборы.

Отдельное внимание эксперты уделяют протоколам комиссий. Айвазовская утверждает, что порча бюллетеней, в которых стоит галочка «за» неправильного кандидата — самый действенный механизм фальсификации при подсчете голосов. «Еще один проблемный этап — внесение данных из бумажных бюллетеней в электронную систему окружкомов. В каждой комиссии есть отдельная комната, доступ к которой имеют всего три человека — член ОИК, член участковой комиссии и технический оператор. Присутствие наблюдателей или уполномоченных лиц кандидатов и партий в этом помещении запрещено. На этом этапе в ЦИК могут передаваться некоторые умышленные и неумышленные неточности. Отследить и проконтролировать это очень сложно, так как ЦИК не сразу получает протоколы с мокрыми печатями», — рассказывает представитель ОПОРЫ.

Впрочем, Гайдай не разделяет опасения в этой части. «Фальсифицировать на уровне окружкомов и ЦИК очень непросто, так как оппозиция, имея на руках протоколы участковых комиссий, поднимет шум. Это может привести к серьезному международному скандалу, власть не пойдет на такие риски», — говорит он.

Всевидящая бутафория и крепостное право

По словам члена Центризбиркома Андрея Магеры, предотвратить массовую фальсификацию результатов выборов может высокая явка на избирательные участки. Недавно украинский парламент принял некоторые решения, которые также призваны минимизировать манипуляции на предстоящих выборах. Речь идет о запрете голосовать по открепительному талону в другом округе. Запрет ставит крест на избирательном туризме между округами.

«Я точно знаю, что запрет голосования по открепительному талону ощутимо ударил по нескольким кандидатам в киевских округах и столичной области. Люди, готовящиеся привлечь со стороны массу зависимых людей, например работников своего предприятия или студентов подконтрольного вуза, в итоге лишились большого количества голосов, — одобрительно оценивает решение Рады Гайдай. — А что касается видеонаблюдения — это скорее формальность, чем механизм противодействия фальсификациям. Я предполагаю, что часть этих камер вообще не будет работать. А там где камеры будут работать, мы все равно не увидим происходящего при подсчете голосов».

Айвазовская также называет видеонаблюдение фасадной демократией. «Установку камеры на участках можно было бы назвать позитивом, если бы записи видеокамер являлись доказательством в суде для того, чтобы подтвердить факт манипуляций. Здесь не продумана юридическая сторона вопроса. Кроме того, онлайн-трансляция идет лишь во время голосования, тогда как во время подсчета голосов будет вестись только запись. А процедура затребования видеозаписей из ЦИК пока не совсем понятна», — говорит эксперт.

Использование видеокамер может оказаться инструментом для запугивания избирателя, особенно из глубинки, прогнозирует Березовец. «Видеонаблюдение — палка о двух концах. Это, скорее, будет не сдерживающим механизмом, а технологией запугивания избирателя, например, со стороны председателей сел и поселков, которые скажут: «у нас камеры, мы видим, как вы голосуете». К тому же, камер не будет на закрытых участках, которые всегда отличались дисциплинированным и единогласным голосованием», — говорит он.

Видеокамеры станут, скорее, технологией запугивания избирателя. Председатели сел скажут: у нас камеры, мы видим, как вы голосуете

Мера фальсификаций

По мнению Гайдая, результаты парламентских выборов рискуют оказаться сфальсифицированными в отдельных мажоритарных округах, однако едва ли эти факты в корне извратят волю украинского избирателя.

«Попытки фальсификаций у нас бывают на каждых выборах, будут и в этот раз. Но я думаю, что попытки не станут решающими. Власти сегодня как никогда нужно показать мировому сообществу, что выборы прошли честно и открыто. Тем более что у них сегодня есть все возможности формирования большинства в новой Раде без нарушения Уголовного кодекса и избирательного законодательства», — говорит Гайдай.

Поясняя свой прогноз относительно неотвратимости бело-голубого большинства в будущей Раде, Гайдай говорит, что Партия регионов, лидирующая сегодня в пропорциональной части избирательной кампании, с легкостью наберет недостающие для простого большинства карточки. «Регионалы обязательно доберут голоса благодаря мажоритарщикам, сателлитным партиям, типа коммунистов, плюс перебежчики от Батькивщины и УДАРа, которые, к сожалению, будут, к тому же, в большом количестве», — прогнозирует эксперт.

Березовец тоже не видит причин для масштабных фальсификаций в нынешней политической ситуации, а потому называет надуманными пессимистические прогнозы оппозиции и их сторонников.»Тревога совершенно напрасна, массовых фальсификаций не будет. Зачем Партии регионов фальсифицировать выборы, если они их и так уже выиграли? Фальсификации на этих выборах стоит ожидать не столько от власти, сколько от конкретных кандидатов-мажоритарщиков, и то — в тех округах, на которых ведется реальная борьба, а таких не так и много», — говорит Березовец.

С такими оптимистичными прогнозами можно согласиться, если не принимать во внимание ситуацию с рейтингами пороговых партий — Свободы Тягнибока и Украины — Вперед Королевской. Согласно последним данным социологов, Свобода проходит в Раду с минимальным запасом, а партия Королевской — не добирает 1-2%. Кто из этих партий пройдет, а кто не пройдет в парламент, получит Партия регионов две трети или только половину мажоритарных округов? От ответа на эти вопросы зависит, кто сформирует простое большинство, и смогут ли регионалы сколотить конституционное большинство в новом парламенте. Цена одного-двух процентов результата по партийным спискам и исхода выборов в 10-20 мажоритарных округах крайне высока. Весь вопрос в том, с каким объемом фальсификаций готовы смириться внешние наблюдатели и украинское общество.

ЛИГА