На состоявшихся в минувшее воскресенье выборах президента России Владимир Путин набрал чуть более 63%, или 45,5 миллионов голосов, что существенно выше результата его партии на прошедших парламентских выборах. Даже результаты проведенных оппозиционными наблюдателями опросов не оставляют противникам Кремля повода называть победу «украденной» — Путин по любым подсчетам победил в первом туре. Как могли в столь короткий промежуток времени измениться политические предпочтения существенной части электората, теперь гадают эксперты.

Многие сходятся во мнении: дело не в том, что перед выборами Путин дистанцировался от «Единой России» — победить ему помогли сами оппозиционеры, давшие повод пугать электорат «революционной угрозой». Если в протестной Москве кандидат от партии власти в итоге получил менее половины голосов, то разницу с лихвой компенсировали другие регионы.

«Очень серьезно консервативный электорат мобилизовал страх «оранжевой революции» — это серьезный просчет Болотной. На думских выборах оппозиция смогла мобилизовать свой электорат, а на президентских — электорат Владимира Путина«, — цитирует «Коммерсант» главного редактора журнала «Политические технологии» Сергея Полякова. По словам эксперта, по «всем каналам коммуникации» оставалось только правильно «оранжевую угрозу» подать, чем и занимались чиновники вместе с телевизионщиками и представителями других лояльных власти СМИ.

В результате в последние два месяца «аморфное большинство обратилось к Путину«, говорит старший научный сотрудник Института социологии РАН Леонтий Бызов: «Основные массы, особенно в провинции, испугались признака смуты». Кроме того, Владимир Путин попытался дистанцироваться от «политической свары» и «смог вернуть позиции отца нации, на котором держится порядок в государстве», отмечает политолог.

Больше всех Путина любят чеченцы, меньше всех — москвичи

Действительно, 4 марта Путин набрал 63,60% голосов, что на четыре миллиона меньше, чем в 2004 году. И, кстати, на семь миллионов меньше, чем получил в 2008 году Дмитрий Медведев. Однако результат пока еще премьера существенно превзошел результат его партии на выборах в Госдуму — «Единая Россия», напомним, набрала 49,3%, или 32,3 миллиона голосов.

Согласно данным, опубликованным на сайте Центризбиркома, больше всех премьеру доверяет Чечня — там за него проголосовали 99,76%. Чуть меньше результат, но тоже выше 90%, в Дагестане, Карачаево-Черкесии и Ингушетии. Высоко Путина ценят в Туве, Мордовии, ЯНАО, Татарстане, Кабардино-Балкарии и Кемеровской области.

Тяжелее всего фавориту президентской гонки пришлось в Москве — всего 49,95%. Так же отличились другие регионы Центральной России — Калининградская, Костромская, Орловская, Владимирская, Ярославская области. Невысоки результаты и в Карелии, а также в Иркутской, Омской областях и Хабаровском крае.

Владимирская и Костромская области традиционно плохо голосуют за власть, заявил «Газете.ru» глава фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов. Калининград — также протестный регион, там есть ожидания от Большой России и в то же время неудовлетворенность этих ожиданий, напомнил эксперт. А Иркутская область, как и Карелия — регионы с развитой политической конкуренцией, с ними властям всегда было сложно.

Тем не менее, рейтинг Путина, как показали выборы, даже в «протестных» регионах выше, чем у «Единой России». Одной из причин тому могло послужить решение премьера дистанцироваться от своей партии на период предвыборной кампании.

«Россияне уже видели, к чему привел «майдан» на Украине»

Но в большей степени на руку премьеру, отмечают эксперты, сыграли сами оппозиционеры. «Все протестные действия на улицах мобилизовывали не только противников Путина, но и его сторонников», — заявил в интервью РБК заместитель директора Центра политической конъюнктуры Алексей Зудин.

Главное, что продемонстрировали президентские выборы, — это мобилизация электората, отмечает генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин. «Люди, которые раньше не ходили на выборы, потому что «и так все решено», теперь идут, чтобы защитить своего кандидата. Мне вообще кажется, что часть электората, которую называют протестной, просто вернулась к Путину», — отметил эксперт.

Сейчас некоторые оппозиционеры пытаются запугивать власть «оранжевой» угрозой, заявил KM.ru эксперт Центра политической конъюнктуры Павел Салин. В качестве примера он привел недавнюю инициативу активистов движения «Прорыв» по раздаче палаток в центре Москвы. Существует же прочная логическая связка: «палатки — Майдан», полагает он.

«Сам по себе революционный сценарий в России не найдет поддержки, — уверен эксперт. — Наше общество уже получило «прививку» от «оранжевых революций». Россия воспринимает Украину как саму себя, но в уменьшенном виде. Наши граждане увидели на примере Украины, к чему привел в конечном итоге «майдан», а официальная пропаганда помогла понять и тем, кому что-то было непонятно».

Действительно, довольно значительная часть общества хочет стабильности — сохранения существующего порядка, так как перемены пугают непредсказуемостью последствий. Этими страхами пользуются и их активно культивируют власти, полагает автор интернет-издания «Ежедневный журнал» Кирилл Великанов.

«Есть еще несколько страшилок и словесных штампов, созданных путинской пропагандистской машиной. Если кратко: не надо раскачивать лодку, нам нужна стабильность, нельзя назад в лихие девяностые, оппозиция организует все эти митинги на американские деньги, Путин поднял нас с колен и лично обеспечил экономическое процветание России, нам нужен сильный лидер, мы должны противостоять внешним врагам и т.д. И еще, самое убойное: мы не хотим кровавых переворотов, с России, мол, достаточно 1917-го», — пишет оппозиционный журналист.

Тот процент голосов, которые получил Путин, обеспечил синергетический эффект, полагает ассистент кафедры политических институтов и прикладных политических исследований СПбГУ Евгений Негров. «Здесь есть и реальный уровень поддержки, который есть у самого известного и популярного политика в России. Безусловно тут присутствуют данные и от «принудительно-административного» голосования в бюджетной сфере, армейской среде и так далее», — заявил он в интервью «Росбалту».

«И это эффект от понятия «стабильность», которое сейчас уже стало заезженным словом. Многими избирателями это понимается как возможность спокойно существовать в нынешней системе, не меняя свой привычный образ жизни и привычную профессиональную деятельность. Это достаточно рациональное поведение избирателей, а не просто патернализм», — отмечает эксперт.

www.newsru.com