Недавно консорциум ведущих украинских социологических компаний по заказу избирательных штабов Объединенной оппозиции и УДАР провел опрос с целью выявления наиболее и наименее рейтинговых кандидатов. То ли опрос проводился недобросовестно, то ли социологических институтов было слишком много, но результаты исследования многих неприятно удивили. О том, почему ошибаются социологи, и как влияет социология на умы избирателей, «Обозревателю» рассказал известный политтехнолог Тарас Березовец.

— Тарас, сразу после обнародования результатов рейтинговых замеров кандидатов от УДАРа и оппозиции вы выступили с критичным замечанием о явном занижении рейтинга оппозиции. У вас есть конкретные факты?

— Мне кажется, здесь не обошлось без нарушения профессиональных стандартов. Все семь компаний, вошедших в консорциум, имеют высокую репутацию на рынке. Тем не менее, сам процесс произошел с нарушением технологий. В частности, мы можем говорить о том, что по многим округам в силу огромной социологической выборки поле было попросту провалено. Из-за того, что ответственность была размыта между всеми участниками, установить точно, где социологическое исследование проводилось, а где его не было в принципе, достаточно сложно. Для того, чтоб избежать ответственности, сам опрос проводили одни компании, а обработкой данных занимались их коллеги. Это было сделано для того, чтобы сделать невозможным фиксацию нарушений при подведении итогов.

Украинская правда писала, в частности, о том, что по данным различных социологических служб, разница в процентах рейтинга одних и тех же кандидатов колебались в пределах 16 (!!!)%. То есть, один и тот же кандидат по опросу разных социологических компаний, мог иметь рейтинг 3%, 10% и даже 16%. Это было сделано намеренно, чтобы занизить данные одних и завысить данные других кандидатов.

По странному стечению обстоятельств, в числе обделенных оказались представители Объединенной оппозиции.

А их коллеги из УДАРа получили завышенные результаты. Несколько конкретных примеров: по Дарницкому району столицы, по данным консорциума, лидирует представитель партии Кличко Алексей Давиденко. А рейтинг его соперницы из ОО Ксении Ляпиной крайне низок. Однако ранее проводившиеся социологические исследования других компаний показывают, что тенденция прямо противоположна. Ляпина выигрывает у Давиденко. Еще более причудливые рейтинги были показаны по Соломенскому району столицы, где кандидат от УДАРа Рена Назарова опережает представителя ОО Дмитрия Андриевского. Его реальный рейтинг в опросе консорциума занижен практически вдвое, а рейтинг Назаровой – соответственно, завышен в два раза.

Похожая ситуация сложилась в Подольском и Голосеевском районах, где искажена картина с оппозиционными кандидатами Александром Черноволенко и Сергеем Терехиным. Самое смешное, что по Голосеевскому району Терехин якобы вдвое проигрывает никому не известному кандидату ударовцу. При этом реальный рейтинг Терехина составляет не 10%, как показал опрос, а порядка 15%. При этом лидер симпатий жителей Голосеевского района Игорь Лысов, согласно данным этого опроса, получил рейтинг около 24%. В то время как его реальный рейтинг по результатам других институций превышает 35%. Я хотел бы верить в то, что это не является целенаправленной политикой УДАРа, а скорее, самоуправством и неэтичными действиями отдельных представителей партии.

— Манипуляции с соцопросами и цифрами – это привычная часть избирательной кампании в Украине. Чему удивляться?

— Я надеялся, что мы это уже пережили в 2004 году. Тогда был пик войны социологов – как с оранжевой, так и с белоголубой стороны. Тогда тоже были взаимные обвинения в фальсификации анкет, в том, что цифры рейтингов берутся с потолка. Казалось бы, эти унылые времена должны были уйти в прошлое. К сожалению, это не произошло.

— Как это сказывается на кампании?

— Взаимные обвинения политиков в адрес социологов и социологов в адрес политиков делают кампанию достаточно грязной. Причина недоверия к социологам лежит в плоскости того, что очень часто социология является инструментом грязных политических технологий.

В каждой кампании есть так называемые компании-однодневки, которые массово публикуют так называемые социологические «фонари». На сленге политтехнолога фонарь – это выдуманный, чаще всего, никогда не проводившийся социологический опрос.

Особо массово эта технология начала применяться с 2008 года на досрочных мэрских выборах в Киеве. Когда существовало несколько десятков компаний-однодневок со стороны каждого кандидата. Сегодня мы увидели совершенно новое явление. Когда политики, недовольные своими рейтингами, начали охоту на ведьм. Точнее, на социологов. Которые, как считают политики, занижают их рейтинги.

— Получается, что верить никому нельзя. Даже авторитетные социологические институты подвергаются судебному преследованию за публикацию «неугодных» результатов.

— В Украине есть около десятка авторитетных социологических компаний. Все они входят в профессиональное сообщество и заслужили доверие многолетней практикой исследований. Тем не менее, у политиков традиционно есть претензии к качеству социологических исследований. Но тут я бы порекомендовал вспомнить пословицу: «Нечего на зеркало пенять, если рожа крива». В любом случае, окончательную оценку рейтингам политиков даст избиратель.

— Но бороться с однодневками, которые мутят воду и дискредитируют все социологические исследования, нужно?

Пару лет назад в Верховной Раде обсуждалась возможность сертифицирования социологических компаний и введения административной, а то и уголовной ответственности за фальсификацию социологических исследований. Но я считаю, что это излишний шаг, должна быть саморегуляция сообщества, как, например, в сообществе журналистов или адвокатов. Но сейчас, в условиях, когда социологическая вакханалия носит характер эпидемии, сертификация компаний – неизбежный шаг.

— Как вы считаете, есть ли перспектива у судебного иска Натальи Королевской против некоторых социологических компаний, которые, по ее мнению, занижают рейтинг ее партии?

— «Демократические инициативы» и КМИС – это авторитетные компании, поэтому борьба с ними больше похожа на политическую истерику. Обе компании, уверен, смогут доказать свою правоту, когда предоставят анкеты с адресами респондентов и их ответами. Судебной перспективы иск Королевской не имеет, кроме негативного пиара против ее самой.

— Те же опросы показывают, что социологические исследования не являются решающим фактором в политических симпатиях украинцев. С чем же связана истерика по поводу публикации «несправедливо» низких рейтингов?

— Когда в кампанию вложены миллионы, а иногда десятки миллионов долларов, очень сложно контролировать эмоции. Отвечать перед спонсорами придется в любом случае. Подобные «утешения» — мол, опросы сфальсифицированы, нужны для того, чтобы успокоить инвесторов и себя.

Что касается эффективности влияния на электорат «фонарей», она тестировалась и показала крайне низкую эффективность. В среднем количество избирателей, на которые могут повлиять такие опросы, не превышает 1%. Так что овчинка выделки не стоит.

Тем более, что фальшивые социологические опросы могут обойтись заказчикам в достаточно большие суммы. Кстати, это объясняет, почему отдельные политические штабы прибегают к данной фальсификации.Это один из способов дерибана денег.

Обозреватель