В конце ноября Виктор Янукович подписал закон «Про всеукраїнський та місцеві референдуми», где довольно подробно описано, что можно и чего нельзя выносить на референдум.

Например, предусмотрительно указано, что нельзя задавать вопросы об амнистии и помиловании. Указано также, кто может инициировать его проведение, как формируются участковые комиссии и тому подобное. Однако совершенно ничего не сказано о механизмах формирования вопросов для референдума.

Между тем, различные формулировки одного и того же вопроса могут привести к качественно разным его результатам.

В 1998 Билл Клинтон был обвинен в сексуальных связях с практиканткой Белого дома Моникой Левински.

В разгар упомянутого скандала, но еще до признания Клинтона, опросный центр Янкеловича задал репрезентативной выборке американцев вопрос: «Имел ли Клинтон интимные отношения с Моникой Левински?» с вариантами ответа: «да», «нет», «трудно сказать».

Такой же опрос был проведен каналом CBS, но только с двумя вариантами ответа – «да» и «нет», без варианта ухода от ответа.

Были получены следующие результаты:

Имел ли Клинтон интимные отношения с Моникой Левински? % ответивших

Да

Трудно сказать

Нет

Янкелович

27

42

31

CBS

58

42

Понятно, что среди 42% сомневающихся большинство (31%) считали, что скорее что-то было, чем нет, и если их подтолкнуть к высказыванию мнения, как это было во втором опросе, то они добавятся к тем, кто сказал «да»: 27%+31%=58%.

Представьте себе, что, получив такую информацию из социологических исследований, вы можете провести референдум. Если вы хотите убрать президента Клинтона, тогда нужно сформулировать какой-нибудь вопрос типа: «Как Вы думаете, имел ли Клинтон интимные отношения с Моникой Левински и не следует ли отстранить его от занимаемой должности?».

И дать лишь два варианта ответа – «да» и «нет».

Если же вы – Клинтон, и хотите остаться президентом, то вы проводите референдум с вопросом типа «Можете ли Вы сказать, что твердо убеждены, что Клинтон имел интимные отношения с Моникой Левински и на основании этого недоказанного еще факта его необходимо отстранить от занимаемой должности?«.

В этом случае, разумеется, должно быть три варианта ответа – обязательно с вариантом «трудно сказать».

Студентов-социологов учат составлять анкеты и формулировать вопросы. Есть множество факторов, которые влияют на результаты опроса, отсутствие или наличие позиции «трудно сказать» – далеко не единственный такой фактор.

Среди наиболее типичных ошибок формулирования вопросов обычно выделяют: тенденциозность формулировки; несбалансированность шкал; неполноту вариантов ответа; наличие двух вопросов в одном; использование двойного отрицания; неверный порядок вопросов или альтернатив в вопросе, который «навязывает» тот или иной ответ; неверное допущение и тому подобное.

И все эти факторы и ошибки можно использовать для манипулирования результатами референдума.

Например, «неверное допущение» означает, что автор вопроса формулирует как само собой разумеющееся то, что неприемлемо для респондента.

Возьмем вопрос: «Какой способ приватизации земли лучше – аукционы или акционирование?» с двумя вариантами ответа (1) аукционы или (2) акционирование.

Может быть, многие вообще против приватизации земли, но при референдуме с таким вопросом, они не имеют возможности это сказать.

Это очень хороший вопрос для тех, кто хочет узаконить продажу земли. К тому же тут нарушено еще одно социологическое правило – нельзя использовать в вопросе понятия, которые многие не понимают.

Ведь в этом случае люди произвольно выбирают один из ответов, причем чаще всего ответ «да» – очень удобно для манипуляции помощью референдума.

Если бы люди отказывались отвечать на непонятные вопросы, то было бы ясно, что вопрос непонятен, но это происходит редко и мало кто готов признать, что чего-то не понимает.

Понятный вопрос не может быть слишком длинным и не может содержать много сложноподчиненных предложений. И так далее.

Как вы думаете, эти правила выполняются при проведении референдумов в Украине?

Пример – первый вопрос «Всеукраинского референдума по народной инициативе 16 апреля 2000 года». Кстати, автор не смог обнаружить описания процедуры, в соответствии с которой народ – инициатор референдума – формулировал эти вопросы, и поэтому можно представить себе что-то вроде коллективного сочинительства «письма запорожцев турецкому султану»:

Поддерживаете ли Вы предложения о дополнении статьи 90 Конституции Украины новой третьей частью такого содержания: «Президент Украины может досрочно прекратить полномочия Верховной Рады Украины, если Верховная Рада Украины в течение одного месяца не смогла сформировать постоянно действующее парламентское большинство или в случае не утверждения ею в течение трех месяцев подготовленного и представленного в установленном порядке Кабинетом Министров Украины Государственного бюджета Украины», которая бы устанавливала дополнительные основания для роспуска Президентом Верховной Рады Украины, и соответствующее дополнение пункта 8 части первой статьи 106 Конституции Украины словами: «и в других случаях, предусмотренных Конституцией Украины».

Читатель, конечно, хорошо помнит пункт 8 части первой статьи 106 и понимает, почему этот пункт на референдуме поддержало почти 85%, но есть же люди не настолько образованные.

Я, например, честно признаюсь, его совершенно не помню. Более того, к концу вопроса я даже забыл, о чем меня спрашивали в начале, и вряд ли мог бы повторить его хотя бы приблизительно.

Вообще, в этом референдуме результаты были, скорее всего, сфальсифицированы.

Но фальсификация коснулась 4-го вопроса референдума – о двухпалатном парламенте, а на 1-й вопрос подавляющее большинство действительно ответило «да».

Исследования показывают, что люди вообще склонны к ответу «да». А если их спрашивают что-то не очень понятное, со ссылкой на законы, которых они не знают, то вероятность ответа «да» сильно возрастает.

При этом вопросы этого референдума нарушают множество элементарных правил формулирования вопросов, которые изучаются студентами-социологами на 2-м или 3-м курсе.

В социологии, кроме того что социологов учат, в частности, тому, каким смещениям подвергаются ответы людей, на какие вопросы и почему они не хотят или не могут отвечать, как правильно формулировать вопросы, их также и контролируют.

Профессиональные сообщества разработали достаточно эффективные механизмы контроля.

Ведущие социологические компании являются членами профессиональных ассоциаций, которые разрабатывают правила корректного проведения опросов, включая формулировку вопросов, и обеспечивают их выполнение.

Наша компания является, например, членом Европейской ассоциации ЕСОМАР, которая разработала правила, утвержденные Международной торговой палатой.

Согласно этим правилам, запрещено, в частности, использование вопросов, подталкивающих к тому или иному варианту ответа.

Нарушение этих правил приводит к тому, что компанию исключают из организации и из справочника, который используется для проведения тендеров, а это может быть очень серьезным финансовым ударом.

А что же в случае референдумов? Есть ли какие-то правила формулирования вопросов? Есть ли контроль за выполнением этих правил?

В принятом законе я этого не обнаружил. А опыт проведения референдума 2000 года показывает или ужасающую социологическую неграмотность авторов вопросов, или намеренное нарушение всех правил – для получения нужного результата.

Поэтому в законе о референдуме должна быть задана корректная процедура формулирования вопросов. Без этого такой закон может стать либо гранатой в руках обезьяны, либо волшебной палочкой-легитимизатором в руках манипуляторов.

И референдумы будут проводиться не для выяснения воли народа, а для навязывания народу законов, нужных владельцам этой «палочки».

Владимир Паниотто, гененральный директор КМИС, профессор НаУКМА, для УП