КиселевГражданин России Евгений Киселев позиционирует себя как российско-украинский журналист. Когда-то он возглавлял еще не провластный российский канал НТВ, в 1995 году в США получил престижную международную премию «За свободу прессы».

Но это сравнительно далекая история. За последние 5 лет на Украине известный журналист сначала работал на канале ТВi, а затем – на «Интере». После перепродажи Валерием Хорошковским большей части акций телеканала и всей одноименной медиагруппы Дмитрию Фирташу и Сергею Левочкину Евгения Киселева назначили руководить «Национальными информационными системами» – компанией, которая создает интеровские «Новости», «Подробности» и «Подробности недели». В эти выходные еще недавно ведущий авторского ток-шоу «Большая политика» впервые появится в эфире в качестве ведущего «Подробностей недели».

На вопросы «УМ», отправленные несколько недель назад, Евгений Киселев, который позавчера, на встрече Виктора Януковича с журналистами по случаю профессионального праздника, в процессе неформального общения попросил у президента украинское гражданство, ответил лично письменно.

«С российским «Первым» можно работать с выгодой для себя»

– Евгений Алексеевич, какую оценку, по 12-балльной системе, вы бы поставили новостям, которые в последнее время показывает «Интер»?

– Вообще-то, я привык пользоваться старой 5-балльной системой. Но сейчас не воспользуюсь никакой. Это некорректно – ставить себе оценки. Скажу лишь, что своей работой практически никогда не бываю доволен на 100%. Меня никогда не покидает ощущение, что все мог бы сделать немного лучше.

– Партнерами «Интера» были и остаются ведущие российские телекомпании: «Первый», «Россия», НТВ. Более того: ОАО «Первый канал» является одним из акционеров украинского медиа-холдинга. (Речь идет о весомых 29% акций – авт.) В ситуации, когда российское ТВ уже не один год подконтрольно Кремлю, может ли быть не пророссийской информационная политика «Интера»?

– Если говорить о моей зоне ответственности, то «Национальные информационные системы» ни с каким из названных трех российских телеканалов не имеет никаких специальных партнерских отношений. Мы только иногда обмениваемся видеоматериалами. Это нормальная практика, которая ни к чему не обязывает.

Российский «Первый канал» действительно является миноритарным акционером «Интера». Но, насколько я знаю, между каналами в течение последних нескольких лет не было никаких особых отношений. Как говорят, раз в год на собрание акционеров «Интера» в Киев приезжал неизвестный широкой общественности представитель «Первого» с доверенностью на право голосовать – вежливый молодой человек, юрист. Он молча сидел, никаких вопросов не задавал, по всем пунктам повестки дневной «воздерживался», и ехал обратно. И все. На самом деле, радоваться по этому поводу не стоит. Российский «Первый канал» – мощная и успешная творческая структура, у которой не грех многому поучиться и с которой, несомненно, можно работать над какими-то совместными проектами с немалой выгодой для себя. Сейчас, по моей информации, начинаются переговоры о возобновлении творческого сотрудничества между каналами. Но они касаются развлекательных программ – а это не моя зона ответственности.

О владельцах, «неудобных вопросах» и проявлениях бескультурья

– Среди акционеров «Интера» сейчас Сергей Левочкин, глава администрации президента Украины, и бизнесмен Дмитрий Фирташ. Вам, руководителю компании, который отвечает за текстовое и идейное наполнение «Новостей», «Подробностей» и «Подробностей недели», это помогает работать или мешает?

– В любой телекомпании, в которой ты работаешь, есть хозяин: государственный или частный владелец. Я в телевизионной профессии больше, чем четверть века, и к этому уже привык. Существование конкретного владельца не мешает и не помогает, просто так устроен мир. Это следует учитывать, и все.

Кто-то заметит: существует же общественное телевидение. Классический пример – Би-Би-Си в Великобритании. Но в этой стране общество в прямом смысле платит за то, чтобы иметь такое ТВ. Законопослушные британцы раз в год покупают телевизионную лицензию. По сути, это такой же коммунальный платеж, как за свет, воду и газ. И стоит это немало – 145 фунтов на семью, это почти 1800 гривен. В прошлом году лицензионные сборы наполнили бюджет Би-Би-Си – только представьте эту цифру! – 3 миллиардами 681 миллионом фунтов! И еще почти 1,5 миллиарда Би-Би-Си получила от продажи своей высококачественной продукции: фильмов, сериалов, документального кино, различных развлекательных и познавательных программ, в конце концов, книг и сувениров – все это пользуется большим спросом во всем мире. Согласитесь, у нас на Украине нет денег на общественное вещание и нет привычки платить за ТВ из собственного кармана. И власть, наверное, не готова начинать выстраивать такую систему. Хотя в США, например, наиболее успешные и самые популярные телесети частные, и ничего.

– Когда эксперты отмечают, например, что ведущий «Подробностей недели», разговаривая в студии с Юрием Бойко, не пытался поставить неудобные вопросы по газовой тематике, – это недоработки журналиста? Или он, ведущий, выполнял пожелания руководства?

– Эксперты – это кто? Я всегда уверен, что интервью бывают разные. Есть неторопливый «разговор с интересным человеком», а бывают короткие информационные интервью с «ньюсмейкером», когда произошло событие и человеку, который к нему имеет непосредственное отношение, нужно быстро и по существу задать вопрос. Так было в случае с Юрием Бойко: российский «Газпром» обнародовал утверждение, будто Украина, вопреки заявлениям официальных лиц, в действительности не получает никакого газа от европейских партнеров, мол, все это виртуальные поставки, только на бумаге, и даже если газ поступает из Германии через Польшу, то эти реверсные поставки якобы незаконны. Ведущий «Подробностей недели» Олег Панюта говорил с ответственным за газовую сферу вице-премьером именно об этом, узнавал, правдивы ли утверждения представителей «Газпрома». Все необходимые вопросы он поставил и получил ответы. Никаких недоработок не было. Вообще считаю дурным тоном ставить гостю, которого пригласили прокомментировать конкретную тему, так называемые «неудобные вопросы», которые ее не касаются. Знаю, что часть наших журналистов считает доблестью нахамить чиновнику – но это проявление недостатка ума, культуры, воспитания.

О манипуляции общественным мнением, приличной зарплате и налогах

– Председатель парламентского комитета по вопросам свободы слова Николай Томенко призывает декларировать свои доходы всех журналистов, которые приезжают на Украину работать надолго. Вы готовы показать свою декларацию?

– У меня на Украине нет других доходов, кроме моей, не скрою, достойной зарплаты. Из нее налоги удерживает и перечисляет в госбюджет наша бухгалтерия. Поэтому я лишен необходимости подавать декларацию в налоговую.

 – По вашему мнению, должны ли телеканалы и журналисты как-то отвечать за то, что манипулируют общественным мнением?

– Вы о какой ответственности говорите? Если о моральной, то она и так существует. Не хочу называть конкретных фамилий, но вы знаете, что в недавней украинской истории были популярные, талантливые журналисты, которые пренебрегли общественным доверием и за это поплатились – карьеры их сломаны. Если говорить о правовой, узаконенной ответственности, чтоб какой-то специальный орган наказывал журналистов за «манипуляцию общественным мнением», штрафовал, лишал их права работать в СМИ, сажал в тюрьму – то очень быстро неизвестно куда докатимся. Я вообще не представляю, как четко юридически можно описать, что такое «манипуляция общественным мнением». Например, существует в медиапространстве известный, популярный журналист, который уважают. Его мнение – поскольку часть граждан ему доверяют – имеет в обществе определенный вес. Манипулирует ли он общественным мнением, когда публикует свою точку зрения по какому-то важнейшему вопросу? Да, бесспорно. Выдающийся американский телеведущий Уолтер Кронкайт в свое время осудил войну во Вьетнаме. Это тогда сильно повлияло на общественное мнение в США. Выступил ли Кронкайт в роли манипулятора? На мой взгляд, в определенном смысле – да, безусловно. Случается, что журналист излагает популярное мнение, и все ему аплодируют. Случается, что идет против течения, озвучивает мысли или оценки, которые многим не нравятся, – и несогласные сразу же поднимают шум о «манипуляции». Однако журналист – так же как и другие – гражданин. И нельзя законодательно ограничивать его право публично высказывать свое мнение, это противоречит Конституции. Я думаю, можно говорить лишь о том, чтобы в журналистике существовали неписаные корпоративные правила хорошего тона, согласно которым известный журналист не должен злоупотреблять своим авторитетом. Впрочем, вопрос о границах допустимого очень деликатен и может решаться по-разному с течением времени.

– Пять лет назад вы приехали работать на Украину на канал ТВi. До этого возглавляли в России тогда еще оппозиционный НТВ. После рейдерского захвата ТВi, когда канал был лояльным к власти (хотя снова только на ТВi всесторонне говорят о выборах мэра в Василькове и цитируют обращение заключенной Юлии Тимошенко – авт.), некоторые сравнивали судьбу НТВ и ТВi. Вы проводите такие параллели? Можно ли говорить, что Украина идет по пути России?

– Что касается ТВi, после рейдерского захвата не существует такого телеканала. Точнее, три буквы остались, а за ними – пустота. Предыдущая репутация телеканала и тех нескольких известных журналистов, которые сочли для себя возможным остаться работать на рейдеров, уничтожена, можно сказать, мгновенно. Все, что они теперь будут говорить, нормальные люди будут воспринимать как заказ людей, которые захватывали канал, и тех, кто им обеспечил «крышу».

Что касается различных параллелей, в который раз повторю общеизвестную фразу: Украина – не Россия. Любые параллели между двумя странами очень поверхностны и часто не выдерживают критики. Украина движется своим путем, совершенно отличным от российского. И еще: относительно «старого» НТВ, которое я возглавлял. «Оппозиционность» НТВ – «ярлык», еще в те времена приклеенный к телекомпании властью, решившей прибрать ее к рукам. Прокремлевские политологи даже специально бросили тогда в массы тезис: НТВ – «квазиоппозиционная партия». На самом деле мы не были оппозиционными. Мы старались быть независимыми от власти, предоставляли слово всем: и ее сторонникам, и ее оппонентам. Тогда как все остальные телеканалы занимали откровенно провластную позицию. На этом фоне мы, конечно, выглядели оппозиционными.

На самом деле нормальный телеканал не должен быть ни провластным, ни оппозиционным. Журналисты не должны участвовать в политической борьбе. Они должны ее освещать. Со всех сторон. Точка.

ИноСМИ