erdoganПосле серии неудач, которые способствовали ее изоляции в Европе и на Ближнем Востоке, Турция начинает предпринимать меры для того, чтобы восстановить отношения со своими ключевыми партнерами и соседями.

Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan), который на этой неделе встретился с ведущими политиками Евросоюза впервые за последние пять лет, на следующей неделе намеревается отправиться в Иран. За день до своей поездки в Тегеран, 28 января, Эрдоган примет у себя президента Франции Франсуа Олланда, чья страна стала одним из тех государств, которые тормозили процесс вступления Турции в Евросоюз.

Это можно назвать довольно резким поворотом для правительства, которое в последние несколько лет стремилось представить Турцию в качестве набирающей мощь державы Ближнего Востока, купающейся в инвестициях и деньгах и готовой отвернуться от одолеваемого проблемами Евросоюза. Однако арабская весна и ее негативные последствия в Египте, а также нарастающий кризис в Сирии застали Эрдогана врасплох, существенно уменьшив его влияние в Европе и на Ближнем Востоке.

Когда в 2009 году Ахмет Давутоглу (Ahmet Davutoglu) занял пост министра иностранных дел Турции, он сформулировал доктрину «нулевых проблем», намереваясь создать вокруг Турции зону мира, стабильности и богатых экспортных рынков. В то время страна переживала период стремительного экономического роста, вдохновляемая ее историей и статусом наследницы Османской империи, в течение многих веков правившей на Ближнем Востоке, и подпитываемая идеей о том, что Турция — демократия по западному типу с мусульманским населением — может стать моделью для всего региона, распространяя свою «мягкую власть» посредством дипломатии, торговли и поп-культуры.

Однако эта политика оказалась неэффективной. «Сегодня у Турции нет своих послов в Египте, Израиле и Сирии — трех важнейших государствах региона», — написал Мурат Ядкин (Murat Yadkin) в газете Radikal на этой неделе.

Когда три года назад арабская весна прокатилась по Тунису и Египту, правительство Эрдогана объявило о том, что Турция разорвет отношения с диктаторами и будет поддерживать демократию. Этот подход очень скоро приобрел религиозный уклон, поскольку преимущественно суннитская Турция начала налаживать тесные связи с такими группировками, как ХАМАС и Мусульманское братство, которые, казалось, начали набирать вес после падения режима Хосни Мубарака.

Правительство Эрдогана также провозгласило себя сторонником сирийской оппозиции, сделав Турцию безопасным местом для преимущественно суннитских боевиков, намеревающихся свергнуть президента Башара аль-Асада и его правящую секту алавитов.

Однако на фоне изменения ситуации в Каире и в Сирии Турция оказалась — по крайней мере в данный момент — на стороне проигравших в региональной борьбе сил. Поддержка Эрдоганом сирийских повстанцев — которые сейчас погрязли в борьбе между умеренными, исламистскими и различными джихадистскими группировками внутри страны — настроила против Турции самого серьезного финансового союзника Асада, Иран, а также его союзников в шиитских правительствах Ирака и Ливана.

(Отношения Турции с Ираком стали более напряженными еще и на фоне споров по вопросам торговли нефтью.) Более того, после того как летом прошлого года египетские военные свергли президента Мохаммеда Мурси, поддерживаемого Мусульманским братством, Эрдоган разозлил новое военное правительство Египта, потребовав возвращения Мурси на президентский пост.

Сейчас серьезное охлаждение наступило даже в отношениях Турции с ее бывшим союзником, Израилем, несмотря на официальные извинения, принесенные израильской стороной за гибель девяти турецких активистов во время израильского рейда в Секторе Газа в 2010 году.

Кроме того, сейчас Турция столкнулась с новым препятствием на пути к членству в Евросоюзе, поскольку Анкара уже снизила темпы реформ по сравнению с тем уровнем, который она демонстрировала в начале 2000-х годов, и в связи с тем, что внутри Евросоюза продолжает нарастать нежелание принимать в свои ряды крупное мусульманское государство. На этой неделе в Брюсселе Эрдоган еще раз повторил, что Турция стремится стать членом Евросоюза, и призвал начать более активные переговоры по этому вопросу.

Анкара признавала, что Турция несколько отдалилась от своих партнеров, однако до недавнего времени она настаивала на том, что в целом ее подход к внешней политике не изменился. Советник Эрдогана Ибрагим Калин (Ibrahim Kalin) даже говорил об «обоснованной изоляции» его страны.

Результаты опроса общественного мнения, проведенного в декабре Турецким фондом экономических и социальных исследований (Turkey Economic and Social Studies Foundation), влиятельным неправительственным научно-исследовательским институтом, расположенном в Стамбуле, показали, что в регионе число людей, положительно оценивающих Турцию, уменьшилось с 78% в 2011 году до 59% в 2013 году. Сегодня на Ближнем Востоке даже Китай пользуется большей популярностью, чем Турция.

Эта ситуация встревожила Анкару. Президент Абдулла Гюль (Abdullah Gul), бывший министр иностранных дел в правительстве Эрдогана, выступил с речью на конференции турецких дипломатов, в которой он подверг критике работу Давутоглу. Он призвал правительство «перекалибровать» свою политику в отношении Сирии и высказал мнение о том, что Анкара, вероятнее всего, неверно оценила значение недавних событий в регионе в целом.

«Главная задача дипломатии заключается в том, чтобы решать наиболее важные проблемы, — заявил президент. — Однако первым шагом по направлению к любому решению должна стать правильная оценка и реалистичный диагноз. Ключевым фактором в решении проблем, будь то проблемы внутренней или внешней политики, должен стать здравый смысл, разумный подход, диалог и эмпатия, необходимые для понимания вашего собеседника».

Несмотря на то, что правительство отрицает необходимость перезагрузки своей внешней политики, запланированные визиты иностранных лидеров в Анкару, а также поездки турецких политиков в другие государства региона являются свидетельством того, что «перекалибровка», о которой говорил Гюль, идет полным ходом.

Анкара должна выработать более реалистичный и менее конфронтационный подход, как считает Гоктюрк Туйсузоглу (Gokturk Tuysuzoglu), политолог из университета Гиресун на черноморском побережье Турции.

«Внешнеполитическая стратегия Турции зашла в тупик, поэтому ее необходимо пересмотреть», — добавляет Туйсузоглу. По его мнению, Анкара должна отказаться от безусловной поддержки суннитских исламских группировок, таких как ХАМАС и Мусульманское братство, и наладить «здоровые отношения» со всеми игроками, в том числе новым правительством Египта, шиитскими лидерами Ирака, сирийскими курдами, с противником ХАМАСа Эль-Фаттахом в Палестине, а также с Израилем.

Туйсузоглу также сказал, что Турции необходимо восстановить отношения с Евросоюзом, которые пострадали после того, как летом прошлого года Эрдоган подавил мирные протесты и провел чистку в полиции и судебной системе вслед за обвинениями в коррупции в адрес его правительства.

Однако добиться изменений будет нелегко, потому что правительство Эрдогана инвестировало довольно весомую долю политического капитала в свою политику. Туйсузоглу добавил, что религиозно консервативная избирательная база Эрдогана также может стать довольно серьезной проблемой в процесс е пересмотра внешней политики Турции.

Многие турки поддерживают стремление Эрдогана сделать страну региональным лидером, а также его просуннитскую и антиизраильскую политику. «Правительству придется выбирать между стратегическими задачами и социально-политическими целями», — добавил он.

Еще одной головной болью для турецкого правительства стали обвинения в адрес Эрдогана в том, что он поставлял оружие суннитским повстанческим группировками, несмотря на официальные заявления о том, что поддержка противников Асада будет ограничиваться лишь гуманитарной помощью.

С начала нового года турецкая прокуратура задержала более полудюжины грузовиков, которые, по некоторым данным, везли оружие сирийским боевикам. Выяснилось, что все эти грузовики принадлежат турецкой разведывательной службе, MIT. Это агентство, пользующееся поддержкой Эрдогана, отказалось дать комментарии относительно характера перевозимых грузов.

«MIT регулярно занимается контрабандой оружия, — заявил оппозиционный политик Эртугрул Кюркджу (Ertugrul Kürkcü). — Не стоит удивляться тому, что Турция не может наладить мир со своими соседями».

ИноСМИ