LibermanНа прошлых парламентских выборах против Авигдора Либермана, занимавшего на тот момент второе место в объединенном списке партий «Ликуд» и «Наш дом Израиль», велось уголовное дело, из-за которого он не мог продолжать занимать пост министра иностранных дел. Полиция допрашивала его по подозрению в совершении уголовных преступлений в самый разгар предвыборной кампании. В итоге все обвинения с Либермана были сняты в суде.

Теперь все повторилось. Правда, сам Либерман на данный момент остается вне подозрений, но полиция задержала и допросила многих высокопоставленных представителей его партии. И опять уголовное дело появилось в разгар предвыборной кампании. В таких обстоятельствах у него есть право говорить о систематическом преследовании по политическим мотивам. Правоохранительным органам будет нелегко доказать, что переход следствия из тайной в открытую стадию в предвыборный период стал случайностью, тогда как Либерману тоже нелегко будет объяснить, о каком преследовании идет речь, если тайное следствие началось год назад.

Но у Либермана есть и другие проблемы Недавно он «повернул налево» и начал сближать свою политическую позицию с центристскими и левыми партиями. А чтобы претендовать на звание преследуемого политика, нужно находиться на правой стороне политического спектра. Правые избиратели, как правило, не придают большого значения расследованиям, заявлениям генерального прокурора и рекомендациям полиции. Иногда судебное преследование может даже увеличить популярность правого политика.

Но Либерман теперь вроде бы не на правом фланге, поэтому перед ним стоит непростой выбор: вернуться обратно в правый лагерь и жаловаться на политическое преследование или продолжить следовать умеренным курсом и молиться о скорейшем прекращении расследования. Его новые левые друзья, в отличие от правых, не любят подследственных.

Есть и третья возможность. Нельзя исключить, что это новое расследование станет последней каплей, переполнившей чашу терпения, и никакая стратегия не поможет Либерману восстановить партию и снова претендовать на большое влияние в политике.

До горизонта и налево


Именно в тот день, когда полиция допрашивала половину членов партии НДИ, Авигдор Либерман объявил о намерении претендовать на пост главы правительства. Этого он хотел изначально. Он не согласился включить в правящую коалицию ультрарелигиозные партии, и тем самым не позволил правительству уцелеть. Ему это было не нужно. Поэтому он и «полевел». У правого лагеря есть безусловный лидер, но у левых такого лидера пока нет. Либерман хотел прийти туда с соглашением о ротации на посту главы правительства. Его опередили Ципи Ливни и Ицхак Герцог, подписавшие такое соглашение друг с другом, но Либерман не сдавался. Лидер НДИ был готов поделить четырехлетнюю каденцию так, чтобы два года премьером был он, а в оставшиеся два года правительством руководили по очереди Ливни и Герцог. Но тут стало известно о следствии против НДИ.

Одно можно утверждать с высокой степенью вероятности, что Фаина Киршенбаум не будет депутатом Кнессета следующего созыва от партии НДИ. Авигдор Либерман очень уважает ее, она входит в число его приближенных, будучи гендиректором партии, она стала настоящим локомотивом НДИ. Но Либерман не хочет включать в партийный список, который формирует сам, тех, кто может бросить тень на партию из-за коррупционных скандалов или из-за двусмысленного поведения.

В 2008 году Либерман собирался назначить Эстерину Тартман на министерский пост в правительстве Ольмерта. Но когда журналисты сообщили, что она написала в резюме, будто имеет вторую академическую степень, хотя обучение не закончила, Либерман заставил ее отказаться от предложенного портфеля. На заседании парламентской фракции Либерман выразил полную поддержку Тартман и раскритиковал журналистов за нападки на нее, но в списке кандидатов в депутаты от НДИ на следующих выборах ее не оказалось.

На выборах 2013 года Либерман удалил из списка еще двух человек, которые стали с его точки зрения проблемными: Стаса Мисежникова, который на этой неделе несколько дней провел в камере предварительного содержания, и Дани Аялона, разрыв с которым сопровождался громким скандалом.

Теперь настала очередь уйти для Киршенбаум. Либерман не будет увольнять ее, ей придется представить уход как свою инициативу. Неизвестно, действительно ли полиция не собирается допрашивать Либермана в этот раз, как он говорит. Но тяжело представить, что в такой партии, как НДИ, действия, подобные расследуемым, совершаются без его ведома. Либерман контролирует партию, министров от НДИ, гендиректоров их министерств и их советников. Даже если он скажет, что ничего не видел и не слышал, поверить в это будет трудно. Размах коррупции, описанный следователями, потрясает. Речь идет обо всех уровнях партийных активистов, от общегосударственного до муниципального. Если Либерман ничего не знал, то, возможно, ничего не было. И наоборот.

Все мы братья?

События в партии НДИ могут иметь серьезные последствия для других партий. Либерман подписал с партией Моше Кахлона соглашение об остаточных голосах. Источники в политической системе говорят, что отношения Либермана и Кахлона более серьезны. Оба руководят партиям, скрывающими свою платформу, оба используют прошлую карьеру в правом лагере для своей рекламы, но одновременно делают реверансы левому избирателю.

Точно неизвестно, насколько крепко связаны Либерман и Кахлон друг с другом, и какие договоры они заключили. Но если Кахлон всерьез рассчитывал строить карьеру вместе с НДИ, то он пострадает. Если они договорились войти в правительство только вместе, то сегодня ему лучше отказаться от такой договоренности.

Кахлон создал партию, список которой должен состоять из совершенно новых фигур. Он начинает с чистого листа. Альянс с Либерманом не будет способствовать его имиджу политика с незапятнанной репутацией.

Inosmi.ru